Сахалинским областным судом рассмотрено гражданское дело по исковому заявлению Департамента имущественных отношений администрации Корсаковского муниципального округа к И. о прекращении права собственности на недвижимое имущество.

       Объектом спора являлся рубленный каркасно-засыпной жилой дом 1948 года, который принадлежал матери ответчика.

       По мнению департамента имущественных отношений администрации Корсаковского муниципального округа И. отказался от права собственности на объект недвижимости, поскольку после смерти матери наследство не принял, не совершал действий по содержанию строения, не использовал по назначению и довел его до разрушения.

       Разрешая исковые требования, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались положениями пункта 1 статьи 235 Гражданского кодекса Российской Федерации, предусматривающего возможность прекращения права собственности в случае гибели или уничтожения имущества, отказе собственника от права собственности.

       При рассмотрении дела установлены факт существования объекта недвижимости в натуре и факт наличия у ответчика, достигшего возраста 75 лет, интереса во владении и пользовании им. В частности, с целью переустройства дома И. в 2023 году оформил в специализированной организации проект переустройства дома, завез строительные материалы, но объективные причины, связанные с существенным ухудшением состояния здоровья, не позволили завершить предпринятые меры.

       Поскольку ветхое состояние дома свидетельствует лишь об отсутствии возможности его эксплуатации по назначению, но не подтверждает полное уничтожение объекта, а предпринятые И. действия по восстановлению дома, не завершенные в силу объективных причин, не позволяют квалифицировать его поведение как отказ от права собственности на объект недвижимости, суды первой и апелляционной инстанций не усмотрели правовых оснований для удовлетворения исковых требований Департамента имущественных отношений администрации Корсаковского муниципального округа.

Иное свидетельствовало бы о лишении И. права собственности на остатки имущества и возможности его восстановления, а также о нарушении принципа неприкосновенности жилища и возможности его изъятия только по основаниям, предусмотренным законом.