УТВЕРЖДЕН

Президиумом Сахалинского областного суда

 

« _19_ » декабря 2024 года

 

 

 

 

 

ОБЗОР СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ

САХАЛИНСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА

 

№ 4 (2024)

 

Судебная практика по уголовным делам

 

Применение акта об амнистии в отношении осужденных к лишению свободы, приговоры, по делам которых вступили в законную силу, возложено на исправительные учреждения и следственные изоляторы

 

         Осужденный С. обратился в суд с ходатайством о применении акта об амнистии от 24 апреля 2015 года по приговору Южно-Сахалинского городского суда Сахалинской области от 5 февраля 2010 года. Постановлением Смирновского районного суда Сахалинской области от 16 августа 2024 года отказано в удовлетворении ходатайства осужденного С. о применении акта амнистии.

         Суд апелляционной инстанции, проверив материалы, пришел к следующим выводам.

Согласно п. 22 Постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации от 24 апреля 2015 г. № 6578-6 ГД «О порядке применения Постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации «Об объявлении амнистии в связи с 70-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941 - 1945 годов» в случае, если вопрос о применении акта об амнистии возникнет по истечении шести месяцев со дня вступления в силу постановления об амнистии, оно исполняется в порядке, предусмотренном п. 1 Постановления о порядке его применения.

В соответствии с пп. 1 п.1 данного Постановления применение указанного акта об амнистии в отношении осужденных к лишению свободы, приговоры по делам которых вступили в законную силу, возложено на исправительные учреждения и следственные изоляторы.

На момент принятия Постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации от 24 апреля 2015 года № 6576-6 ГД  С. отбывал наказание по вступившему в законную силу приговору Южно-Сахалинского городского суда Сахалинской области от 5 февраля 2010 года, которым, с учетом кассационного определения Сахалинского областного суда от 2 июня 2010 года, был осужден по п. «г» ч.3 ст.228.1, ч.1 ст.30 п. «г» ч.3 ст.228.1, ч.1 ст.228 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ), с применением ч.3 ст.69 УК РФ к 12 годам 6 месяцам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, 22 мая 2018 года освобожден условно-досрочно.

На день рассмотрения ходатайства осужденного, С. отбывал наказание по приговору Южно-Сахалинского городского суда Сахалинской области от 22 июня 2023 года, которым осужден по ч.2 ст.228 УК РФ к 4 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

На основании изложенного, суд первой инстанции был не вправе принимать и рассматривать по существу ходатайство осужденного С. о применении к нему Постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации от 24 апреля 2015 года №6576-6 ГД «Об объявлении амнистии в связи с 70-летим Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов», поскольку разрешение данного вопроса в отношении осужденных лиц, приговоры в отношении которых вступили в законную силу, не относится к компетенции суда.

Судом апелляционной инстанции постановление Смирныховского районного суда Сахалинской области было отменено, производство по ходатайству осужденного С. о применении акта об амнистии – прекращено. 

 

Принятие решения о взыскании процессуальных издержек с осужденного возможно только в судебном заседании с предоставлением осужденному возможности довести до сведения суда свою позицию относительно суммы взысканий и своего имущественного положения

 

         Приговором Тымовского районного суда Сахалинской области Я. осужден по п. «г» ч.3 ст.158 УК РФ. На основании ст.70 УК РФ к наказанию частично присоединена неотбытая часть наказания по приговору Южно-Сахалинского городского суда Сахалинской области от 20 июня 2023 года и окончательно по совокупности приговоров назначено наказание в виде 4 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

         Приговором удовлетворен гражданский иск, с осужденного Я. взыскано 37 800 рублей в счет возмещения имущественного ущерба, причиненного преступлением. Кроме того, с осужденного в доход федерального бюджета взысканы процессуальные издержки по уголовному делу в размере 18 764 рублей 40 копеек.

         Суд апелляционной инстанции, проверив материалы дела, согласился с выводами суда первой инстанции о виновности Я. в совершении инкриминируемого ему преступлении. Действия Я. также правильно квалифицированы судом по п. «г» ч.3 ст.158 УК РФ. Суд обоснованно назначил размер наказания и вид исправительного учреждения.

Вместе с тем, судебная коллегия апелляционной инстанции нашла приговор подлежащим изменению по следующим основаниям.

В соответствии с п. 5 ч. 2 ст. 131 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее-УПК РФ) суммы, выплачиваемые адвокату за оказание им юридической помощи в случае участия адвоката в уголовном судопроизводстве по назначению, относятся к процессуальным издержкам, которые на основании ч. 1 ст. 132 УПК РФ взыскиваются с осужденных или возмещаются за счет средств федерального бюджета.

Согласно правовой позиции, закрепленной в абз. 2 п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2013 г. №42 «О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам», принятие решения о взыскании процессуальных издержек с осужденного возможно только в судебном заседании. При этом осужденному предоставляется возможность довести до сведения суда свою позицию относительно суммы взыскиваемых издержек и своего имущественного положения.

Из постановленного приговора усматривается, что с осужденного в доход федерального бюджета взысканы процессуальные издержки, связанные с оплатой труда адвоката за оказание ему юридической помощи по уголовному делу, в размере 18 764 рублей 40 копеек.

Между тем, из протокола и аудиозаписи судебного заседания следовало, что вопрос о взыскании процессуальных издержек с осужденного в судебном заседании не обсуждался, постановление следователя о выплате адвокату вознаграждения за оказание юридической помощи Я. в ходе предварительного следствия и заявление названного адвоката о выплате вознаграждения за оказание юридической помощи Я. в ходе рассмотрения уголовного дела судом не исследовались, осужденному положения ст.ст. 131, 132 УПК РФ не разъяснялись, и не предоставлялась возможность довести до суда свою позицию по поводу отраженной в приговоре суммы взысканных с него впоследствии процессуальных издержек и своего имущественного положения.

Указанные нарушения уголовно-процессуального закона были существенными, и повлиявшими на исход дела. В силу п. 2 ст. 389.15, ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ приговор в части взыскания с осужденного процессуальных издержек был отменен с направлением уголовного дела в указанной части на новое судебное рассмотрение.

 

              Принимая решение о прекращении уголовного дела за примирением сторон, суду необходимо оценить, соответствует ли это целям и задачам защиты прав и законных интересов личности, отвечает ли требованиям справедливости и целям правосудия

 

Постановлением Южно-Сахалинского городского суда уголовное дело в отношении А., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 264 УК РФ, прекращено на основании ст. 76 УК РФ, ст. 25 УПК РФ в связи с примирением с потерпевшим.

Проверив материалы уголовного дела, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно ст. 76 УК РФ, лицо, впервые совершившее преступление небольшой или средней тяжести, может быть освобождено от уголовной ответственности, если оно примирилось с потерпевшим и загладило причиненный потерпевшему вред.

При этом в соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в определении от 4 июня 2007 г.                 № 519-О-О, полномочие суда отказать в прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон, вытекающее из взаимосвязанных положений ст. 76 УК РФ и ст. 25 УПК РФ, направлено на достижение конституционно значимых целей дифференциации уголовной ответственности и наказания, усиления их исправительного воздействия, предупреждения новых преступлений и тем самым - защиты личности, общества и государства от преступных посягательств.

         Принимая решение о прекращении уголовного дела в отношении А. за примирением сторон, суд первой инстанции сослался на совершение впервые подсудимым преступления, относящегося к категории средней тяжести, заглаживание причиненного преступлением вреда и примирение с потерпевшими, в связи с чем пришел к выводу о возможности освобождения А. от уголовной ответственности.

Вместе с тем, согласно разъяснениям, содержащимся в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 июня 2010 г. № 17 «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве», а также в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 г. № 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности» следует, что при разрешении вопроса об освобождении лица, совершившего преступление, от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим судам следует учитывать конкретные обстоятельства уголовного дела, включая особенности и число объектов преступного посягательства, их приоритет, наличие свободно выраженного волеизъявления потерпевшего, изменение степени общественной опасности лица, совершившего преступление, после заглаживания вреда и примирения с потерпевшим, личность совершившего преступление, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание.

         Под заглаживанием вреда для целей ст. 76 УК РФ следует понимать возмещение ущерба, а также иные меры, направленные на восстановление нарушенных в результате преступления прав и законных интересов потерпевшего (п.10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 г. № 19).

Исходя из этого, суд обязан не просто констатировать наличие или отсутствие указанных в законе оснований для освобождения от уголовной ответственности, но и принять справедливое, обоснованное и мотивированное решение с учетом всей совокупности данных, характеризующих, в том числе особенности объекта преступного посягательства, обстоятельства его совершения, конкретные действия, предпринятые виновным для возмещения ущерба или иного заглаживания причиненного преступлением вреда, изменение степени общественной опасности деяния вследствие таких действий.

Принимая решение о прекращении уголовного дела за примирением сторон, суд должен был установить, каким образом А. загладил причиненный потерпевшим вред, а также оценить, в какой степени предпринятые действия по заглаживанию вреда позволяли компенсировать наступившие от этого преступления негативные последствия в виде причинения тяжкого вреда здоровью потерпевших.

Однако суд первой инстанции, ограничившись заявлением потерпевшего о заглаживании причиненного ему вреда, не выяснил и не отразил в своем решении, в чем именно выразилось заглаживание вреда, причиненного совершенным преступлением, не высказался о достаточности принятых А. мер с точки зрения степени уменьшения общественной опасности содеянного и возможности освобождения от уголовной ответственности, при том, что мнение потерпевшего о полном заглаживании причиненного им вреда не может являться единственным подтверждением такого уменьшения степени общественной опасности содеянного, которое позволило бы суду освободить виновного от уголовной ответственности.

Кроме того, суд не привел суждений о том, соответствует ли прекращение уголовного дела по данному основанию общественным интересам в сфере безопасности дорожного движения и эксплуатации транспортных средств с учетом характера допущенных А. нарушений Правил дорожного движения, и способны ли меры, которыми ограничился суд, предотвратить в будущем подобные нарушения, исходя из того обстоятельства, что прекращение уголовного дела не ограничило А., управлявшего согласно обвинению транспортным средством в состоянии опьянения, в праве управления транспортными средствами.

         На основании приведенных выводов суд апелляционной инстанции постановление Южно-Сахалинского городского суда отменил, уголовное дело передано на новое разбирательство.

 

Выводы суда, основанные на неверном толковании закона, привели к отмене постановленного решения и возвращении дела на новое рассмотрение

 

         Постановлением Южно-Сахалинского городского суда уголовное дело в отношении Ф., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст. 160 УК РФ, возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в порядке ст. 237 УПК РФ.

Согласно представленным материалам дела в своем заявлении потерпевший О. привел объективные данные, указывающие на признаки преступления, согласно которым неустановленное лицо в период с 1 по 2 марта 2023 года похитило принадлежащие ему денежные средства путем перевода с банковского счета его кредитной карты.

Постановлением от 18 мая 2023 года возбуждено уголовное дело в отношении Ф. по признакам преступления, предусмотренного п. «г» ч.3 ст.158 УК РФ, объективная сторона которого обусловлена совершением кражи, то есть тайным хищением чужого имущества, совершенного с банковского счета.

По завершении выполнения необходимых следственных действий органом предварительного расследования установлено, что хищение денежных средств осуществлено с банковской карты, которая была вверена виновному лицу потерпевшим, в связи с чем Ф. предъявлено обвинение по ч.2 ст.160 УК РФ за совершение присвоения, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному, с причинением значительного ущерба гражданину.

Суд первой инстанции, возвращая уголовное дело прокурору, указал, что инкриминируемые органами предварительного расследования Ф. действия не являются составной частью преступления, по поводу которого возбуждено уголовное дело, а образуют самостоятельное преступление, для привлечения к ответственности за которое должно быть возбуждено уголовное дело по ст. 160 УК РФ.

То есть, исходя из приведенных выводов суда первой инстанции, по одному и тому же факту хищения орган следствия не может переквалифицировать действия виновного с кражи на присвоение без возбуждения уголовного дела по ст. 160 УК РФ при наличии возбужденного уголовного дела по ст. 158 УК РФ.

При этом суд первой инстанции пришел к выводу о существенности и неустранимости на судебной стадии производства допущенных органом предварительного следствия нарушений, что исключает возможность рассмотрения уголовного дела по существу обвинительного заключения.

Суд апелляционной инстанции счел указанные в постановлении выводы суда ошибочными, основанными на неверном толковании уголовно-процессуального закона РФ.

Суд апелляционной инстанции обратил внимание на то, что признаки составов преступлений, предусмотренных ст.ст.158 и 160 УК РФ, между собой схожи. Исходя из обстоятельств дела, Ф. инкриминировано совершение одного и того же преступления путем посягательства на одни и те же общественные отношения, объектом в обоих случаях выступает право собственности на денежные средства с банковской карты потерпевшего О., похищенные в одну и ту же дату, время и при одних и тех же фактических обстоятельствах.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции счел, что нарушений органами предварительного следствия требований п.3 ч.1 ст.220, п.4 ч.2 ст.171 УПК РФ допущено не было, в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона предъявленное обвинение подлежит проверке и оценке судом при рассмотрении уголовного дела по существу.

Оснований, предусмотренных ст.237 УПК РФ, для возвращения уголовного дела прокурору не имелось.

Более того, исходя из изложенных в обжалуемом постановлении формулировок, суд фактически требовал ухудшить положение обвиняемого, поскольку санкции п. «г» ч.3 ст.158 УК РФ суровее в сравнении с санкцией ч.2 ст.160 УК РФ. При этом обсуждения со сторонами вопроса о необходимости возвращения уголовного дела для утяжеления обвинения протокол судебного заседания не содержит, как и оспоренное постановление не содержит выводов об этом.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел  к выводу о том, что постановление суда о возвращении уголовного дела прокурору нельзя признать законным и обоснованным, и оно подлежит отмене по доводам апелляционного представления.

Уголовное дело направлено на судебное рассмотрение в тот же суд со стадии, предшествовавшей принятию постановления о возвращении уголовного дела прокурору.

 

            Судом первой инстанции ошибочно определен предмет вопроса, инициированного в ходатайстве осужденного, в результате чего при вынесении решения было допущено нарушение уголовно-процессуального закона

 

Постановлением Южно-Сахалинского городского суда отказано в принятии к производству ходатайства осужденного Н. о приведении приговоров в соответствие с действующим законодательством в соответствии со ст.10 УК РФ.

Апелляционная инстанция, проверив материалы, нашла  постановление судьи подлежащим отмене с передачей материала на новое рассмотрение в тот же суд со стадии разрешения вопроса о возможности принятия его ходатайства к производству в порядке гл.47 УПК РФ.

Суд первой инстанции в оспариваемом постановлении от 29 августа 2024 года об отказе в принятии к производству ходатайства осужденного Н. о приведении приговоров в соответствие с действующем законодательством в соответствии со ст.10 УК РФ ссылается на повторность его обращения ввиду вынесения 21 августа 2024 года Южно-Сахалинским городским судом постановления об отказе в принятии такого же ходатайства осужденного. Однако указанный вывод суд апелляционной инстанции посчитал ошибочным.

Так, в письменном ходатайстве, поступившем 20 августа 2024 года в Южно-Сахалинский городской суд, осужденным Н. высказана просьба о приведении в соответствие приговора мирового судьи судебного участка №26 Сахалинской области от 4 марта 2024 года и приговора и.о. мирового судьи судебного участка №25 Сахалинской области от 3 апреля 2024 года, по которому он отбывает лишение свободы, ввиду изменения апелляционной инстанцией Южно-Сахалинского городского суда 13 мая 2024 года предыдущего приговора мирового судьи судебного участка №30 от 12 февраля 2024 года, наказание по которому учитывалось в этих приговорах, на что было обращено внимание судьей Девятого кассационного суда общей юрисдикции в решении от 26 июля 2024 года со ссылкой на п.20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 2011 г. №21 «О практике применения судами  законодательства об исполнении приговора».

Однако, вопреки этому, при изучении юридической приемлемости данного ходатайства осужденного Н. судья Южно-Сахалинского городского суда ошибочно определил предмет инициированного им вопроса, посчитав, что тот просит привести приговоры в соответствие с действующим законодательством, а именно в свете действия ст.10 УК РФ, о чем уже имелось судебное решение от 21  августа 2024 года, в связи с чем и был сделан судьей в постановлении от 29 августа 2024 года неверный вывод о невозможности принятия к производству такого повторного ходатайства осужденного.

Учитывая исследованный в апелляции представленный материал, включая копию постановления мирового судьи судебного участка №30 от 26 сентября 2024 года, вынесенного в порядке ст.397 УПК РФ в отношении осужденного Н., и сведения о наличии в производстве городского суда еще ходатайства последнего, городскому суду в соответствии с ч.1 ст.389.22 УПК РФ предложено более тщательно изучить инициированный осужденным вопрос и при отсутствии процессуальных препятствий разрешить его в порядке гл.47 УПК РФ.

 

Прокурор в ходе досудебного производства имеет право отменять незаконные или необоснованные постановления только нижестоящего прокурора

 

         Приговором Тымовского районного суда Сахалинской области от 26 сентября 2024 года О. осужден по ч.1 ст.264.1 УК РФ к 300 часам обязательных работ с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года 9 месяцев. Этим же приговором решен вопрос о судьбе вещественных доказательств, в том числе автомобиль конфискован и обращен в собственность государства.

Изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции нашел приговор суда подлежащим отмене и направлению уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ по следующим основаниям.

Как следовало из материалов уголовного дела, 21 июня 2023 года возбуждено уголовное дело в отношении О. по признакам состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.264.1 УК РФ.

В ходе дознания постановлением дознавателя ГД ОМВД России по Тымовскому городскому округу от 11 декабря 2023 года уголовное дело в отношении О. прекращено по основанию, предусмотренному ч.1 ст.28 УПК РФ в связи с деятельным раскаянием, прекращение уголовного 11 декабря 2023 года согласовано с заместителем прокурора Тымовского района Сахалинской области К.

При этом другой заместитель прокурора Тымовского района Сахалинской области – С., исходя из того, что по делу в результате действий О. не установлено наличие доказательств восстановления нарушенных прав и законных интересов общества и государства в сфере безопасности дорожного движения, 22 января 2024 года отменил постановление о прекращении уголовного дела в отношении О. от 11 декабря 2023 года, направив уголовное дело для организации дополнительного расследования.

Вместе с тем, согласно п.6 ч.2 ст.37 УПК РФ прокурор в ходе досудебного производства имеет право отменять незаконные или необоснованные постановления только нижестоящего прокурора, а также незаконные или необоснованные постановления органа дознания, начальника органа дознания, начальника подразделения дознания и дознавателя.

Учитывая то, что постановление о прекращении уголовного дела согласовано и отменено лицами, занимающими равнозначную должность, – заместителя прокурора, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что данные сведения судом необоснованно оставлены без внимания при вынесении итогового решения по уголовному делу.

Данные нарушения уголовно-процессуального закона явились существенным нарушением уголовно-процессуального закона, поскольку были связаны с несоблюдением органом дознания процедуры судопроизводства, свидетельствуют о порочности обвинительного акта, составленного при наличии неотмененного постановления о прекращении уголовного дела, исключали возможность вынесения судом законного, обоснованного и справедливого приговора (обвинительного или оправдательного), и явились основанием для возвращения уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в соответствии с п.1 ч.1 ст. 237 УПК РФ.

 

Судебная практика по гражданским делам

 

Предоставление жилых помещений в связи с расселением из аварийного жилья регулируется специальными нормами, в связи с чем признание граждан малоимущими и принятие их на учет нуждающихся в жилых помещениях при разрешении спора о предоставлении жилого помещения в порядке, предусмотренном статьями 86 - 89 Жилищного кодекса Российской Федерации, не требуется

 

Долинский городской прокурор Сахалинской области, действующий в интересах Л.А., обратился в суд с исковым заявлением к администрации МО ГО «Долинский», КУМС МО ГО «Долинский» о возложении обязанности предоставить вне очереди по договору социального найма благоустроенное жилое помещение.

В обоснование исковых требований указано, что Долинской прокуратурой проведена проверка по обращению Л.А. в части соблюдения жилищных прав граждан. В рамках проверки было установлено, что жилое помещение, расположенное в Долинском районе, выдано матери истца Л.Р. на состав семьи из трех человек, в том числе дочери Л.А., на основании ордера от 14 февраля 2003 года. Родители Л.А. умерли. На основании заявления Л.А. указанное жилое помещение признано непригодным для проживания и не подлежащим ремонту и реконструкции. На учете граждан, нуждающихся в улучшении жилищных условий, Л.А. не состоит. На момент обращения в суд с исковым заявлением обследование многоквартирного жилого дома, в котором находилось жилое помещение Л.А., на предмет его аварийности и непригодности для проживания, специализированной организацией не проведено. Длительным бездействием органов местного самоуправления по осуществлению полномочий собственника в отношении муниципального имущества нарушаются жилищные права Л.А., которая до настоящего времени жилым помещением по договору социального найма не обеспечена.

С учетом уточнений исковых требований истец просил суд возложить обязанность на администрацию МО ГО «Долинский», КУМС МО ГО «Долинский» предоставить Л.А. по договору социального найма благоустроенное жилое помещение, отвечающее установленным санитарным и техническим правилам и нормам, по общей площади не менее 72,5 квадратных метра в Долинском районе, вне очереди.

Решением Долинского городского суда Сахалинской области от 11 января 2024 года исковые требования Долинского городского прокурора Сахалинской области, действующего в интересах Л.А., оставлены без удовлетворения.

Разрешая спор по существу, руководствуясь статьей 40 Конституции Российской Федерации, статьями 15, 52, 55 Жилищного кодекса Российской Федерации (далее - ЖК РФ), правовой позицией, изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 25 ноября 2020 г. № 2751-0, исследовав представленные доказательства в их совокупности, суд первой инстанции, учитывая, что Л.А. на учете граждан в качестве нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договору социального найма, не состоит, малоимущей в установленном порядке не признавалась, пришел к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований.

При этом суд первой инстанции исходил из того, что наличие одного лишь факта признания жилого помещения, занимаемого гражданином на условиях социального найма непригодным для проживания, не может являться достаточным основанием для внеочередного обеспечения его жилым помещением по договору социального найма по правилам пункта 1 части 2 статьи 57 ЖК РФ, при отсутствии иных, предусмотренных законом условий.

Судебная коллегия по гражданским делам Сахалинского областного суда не согласилась с выводами суда первой инстанции, проверив законность и обоснованность решения суда по доводам апелляционного представления исполняющего обязанности Долинского городского прокурора Сахалинской области К., отменила его в части отказа в удовлетворении исковых требований к администрации МО ГО «Долинский» о предоставлении Л.А. вне очереди по договору социального найма благоустроенного жилого помещения, указав следующее.

Порядок переселения граждан в связи со сносом дома нормативно регламентирован статьями 85 - 89 ЖК РФ. По смыслу указанных правовых норм предоставление жилых помещений в связи с расселением из аварийного жилья регулируется специальными нормами, в связи с чем признание граждан малоимущими и принятие их на учет нуждающихся в жилых помещениях при разрешении спора о предоставлении жилого помещения в порядке, предусмотренном статьями 86 - 89 ЖК РФ, не требуется.

4 января 2021 года Л.А. обратилась к председателю КУМС МО ГО «Долинский» с заявлением о проведении обследования многоквартирного дома, в котором находится занимаемое ею жилое помещение, расположенное в Долинском районе, на предмет его аварийности. Вместе с тем, указанное обращение оставлено без рассмотрения, ответ заявителю не направлен.

23 марта 2023 года сотрудниками КУМС МО ГО «Долинский» проведено обследование жилого дома (в котором занимает жилое помещение Л.А.). Согласно акту обследования жилой дом находится в разрушенном состоянии. Объект обследованию не подлежит, так как на местности отсутствует.

По сообщению КУМС МО ГО «Долинский» от 28 ноября 2023 года жилой дом в Долинском районе (в котором занимает жилое помещение Л.А.) аварийным и подлежащим сносу не признавался, в муниципальную программу по переселению граждан из аварийного жилого фонда не включался. Обследованию на предмет аварийности многоквартирный дом не подлежит в связи с тем, что отсутствует на местности. Жилое помещение истицы в реестре муниципального имущества МО ГО «Долинский» не значится. Исключено из него в связи с тем, что объект отсутствует (до 2023 года жилое помещение значилось в реестре муниципальной собственности, назначение - социальное, площадь - 72,2 квадратных метра).

В ходе рассмотрения дела Л.А. указала, что иного жилья не имеет, проживает в квартире ее коллег по устной с ними договоренности. Выехала из жилого помещения, расположенного в Долинском районе, в связи с его аварийностью.

Исходя из позиции Конституционного Суда Российской Федерации, отраженной в Определении от 5 марта 2009 г. № 376-О-П, ни из статьи 57 ЖК РФ, ни из каких-либо других его положений не следует, что обязательным условием внеочередного предоставления жилья гражданам, жилые помещения которых признаны в установленном порядке непригодными для проживания, является нахождение гражданина на учете в момент возникновения обстоятельств, обусловивших непригодность жилого помещения для проживания. Закрепление такого условия применительно к ситуациям непредвиденной утраты пригодного для проживания жилого помещения противоречило бы принципам равенства и справедливости как конституционным критериям правомерного регулирования прав и свобод человека и гражданина, поскольку означало бы предъявление гражданам, относящимся к данной категории нуждающихся в жилье, объективно невыполнимых требований для целей реализации их права на жилище и тем самым ставило бы их в положение объекта государственно-властной деятельности.

Правовой акт о признании многоквартирного дома (в котором занимает жилое помещение Л.А.) аварийным и подлежащим сносу органом местного самоуправления не издавался, обследование технического состояния специализированной организацией не проводилось. При этом дом разрушен и на местности отсутствует.

Совокупность установленных обстоятельств свидетельствует о том, что обязанности, установленные статьей 14 ЖК РФ по учету и контролю за состоянием жилищного фонда, администрацией МО ГО «Долинский» не исполнены. Своевременное решение о переселении граждан из аварийного жилья ответчиком не принималось.

При таких данных судебная коллегия по гражданским делам Сахалинского областного суда пришла к выводу, что ответчиком процедура изъятия жилого помещения для муниципальных нужд, установленная статьей 32 ЖК РФ, нарушена в связи с разрушением жилого дома, возможность соблюдения такой процедуры утрачена, в то время как на момент рассмотрения спора принадлежащее истцу на праве социального найма жилое помещение было фактически изъято из ее владения без предоставления равноценного возмещения.

В связи с этим судебная коллегия по гражданским делам Сахалинского областного суда приняла решение о возложении обязанности на администрацию МО ГО «Долинский» Сахалинской области предоставить Л.А., с учетом членов ее семьи, вне очереди по договору социального найма благоустроенное жилое помещение, расположенное в Долинском районе, равнозначное по общей площади ранее занимаемому жилому помещению, общей площадью не менее 72,5 квадратных метров, отвечающее всем установленным санитарным и техническим требованиям.

 

Действующим законодательством предусмотрена безусловная обязанность управляющей организации выполнять работы, связанные с содержанием и ремонтом общего имущества, входящие в минимальный перечень, вне зависимости от обязательств иных лиц в отношении такого имущества, а в определенных случаях – незамедлительно

 

А. обратилась в суд с исковым заявлением к ООО «М» о возложении обязанности провести текущий ремонт фасада дома и балкона квартиры, взыскании компенсации морального вреда, судебной неустойки, расходов на оплату услуг представителя.

В обоснование заявленных требований указано, что истцу взамен аварийного жилого помещения предоставлено жилое помещение, расположенное в городе Холмске, в которое с декабря 2022 года происходит затекание атмосферных осадков. Поскольку обслуживание указанного многоквартирного дома осуществляет ответчик, который надлежащим образом обязанности по содержанию общедомового имущества не выполняет, работы по устранению причин затекания осадков в принадлежащее истцу жилое помещение и балкон не проводит, А. полагает данные действия управляющей компании незаконными, нарушающими ее права.

По изложенным в исковом заявлении основаниям А. просила суд возложить обязанность на ООО «М» в месячный срок со дня вступления решения суда в законную силу произвести текущий ремонт фасада дома и балкона в местах затекания влаги в принадлежащую ей квартиру, взыскать с ООО «М» в ее пользу компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 25 000 рублей, а также судебную неустойку, в случае неисполнения решения суда в размере 5 000 рублей за каждый день просрочки исполнения решения суда.

Решением Холмского городского суда Сахалинской области от 7 февраля 2024 года в удовлетворении исковых требований А. отказано.

Разрешая спор, исходя из отсутствия в материалах дела доказательств обращения А. к управляющей организации с 22 февраля 2023 года по вопросу ненадлежащего содержания общедомового имущества, приведшее к залитию ее жилого помещения через фасад дома и по балкону, принимая во внимание, что в рамках дела № А59-2003/2023, рассмотренного Арбитражным судом Сахалинской области, установлены строительные недостатки в многоквартирном доме, расположенном в городе Холмске, в том числе и в квартире истца (затекание на балконе, затекание на потолке в комнате, затекание по окну в комнате (под окном), центральные створки балкона не открываются), в связи с чем на поставщика ООО «Д» возложена обязанность в рамках гарантийных обязательств устранить выявленные недостатки, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что требуемые истцом работы по текущему ремонту фасада дома и балкона квартиры истца не находятся в зоне ответственности ответчика, который является ненадлежащим процессуальным лицом, а потому в удовлетворении исковых требований отказал в полном объеме

Судебная коллегия по гражданским делам Сахалинского областного суда не согласилась с выводами суда первой инстанции, проверив законность и обоснованность решения суда по доводам апелляционной жалобы А., отменила его, удовлетворив исковые требования А. частично.

Руководствуясь статьями 36, 161, 162 ЖК РФ, положениями подпункта «в» пункта 2 раздела первого, пункта 42 Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 13 августа 2006 г. № 491, положениями пунктов 4.2.1.1, 4.2.1.6, 4.10.2.1, 4.10.2.8 Правил и норм технической эксплуатации жилищного фонда, утвержденных постановлением Госстроя Российской Федерации от 27 сентября 2003 г. № 170, пункта «в» части 6 Правил оказания услуг и выполнения работ, необходимых для обеспечения надлежащего содержания общего имущества в многоквартирном доме, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 3 апреля 2013 г.               № 290, судебная коллегия по гражданским делам Сахалинского областного суда пришла к выводу о том, что поскольку ответчик ООО «М» принял на себя функцию управления многоквартирным домом, в котором находится квартира А., на него в силу закона и договора управления возложена ответственность за содержание и ремонт общего имущества многоквартирного дома, а также за соответствие его технического состояния действующим требованиям законодательства.

Учитывая отсутствие доказательств надлежащего исполнения ООО «М» обязательств по содержанию общего имущества дома, устранения строительных недостатков, приведших к затеканию в жилое помещение и на балкон истца, судебная коллегия по гражданским делам Сахалинского областного суда удовлетворила требования А. о возложении на ООО «М» обязанности провести текущий ремонт фасада дома и балкона в местах затекания влаги в принадлежащую истцу квартиру с установлением срока исполнения - не позднее 31 августа 2024 года.

Принимая во внимание, что в ходе рассмотрения дела факт нарушения прав истца, как потребителя, нашел свое подтверждение, учитывая характер и объем причиненных потребителю нравственных страданий в связи с бездействием управляющей компании, судебная коллегия по гражданским делам Сахалинского областного суда пришла к выводу об удовлетворении требования А. о взыскании с ООО «М» компенсации морального вреда в размере 10 000 рублей. 

Также судебная коллегия по гражданским делам Сахалинского областного суда пришла к выводу об удовлетворении исковых требований А. о взыскании неустойки в размере 200 рублей за каждый день неисполнения решения суда о возложении обязанности в установленный срок, то есть за период с 1 сентября 2024 года и по день фактического исполнения судебного постановления.

Судебная коллегия по гражданским делам Сахалинского областного суда также взыскала с ООО «М» в пользу А. судебные расходы в размере 25 000 рублей.

 

Рассмотрение заявления о процессуальном правопреемстве в установленном решением суда правоотношении либо исполнительном производстве ее правопреемником осуществляется в порядке статьи 44 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не предусматривающей оставление заявления без движения по каким-либо основаниям с последующим его возвратом заявителю

 

Решением Южно-Сахалинского городского суда Сахалинской области от 28 июня 2022 года исковые требования ИП Н. к С. о взыскании задолженности по договору займа, судебных расходов  удовлетворены частично.

1 марта 2024 года ИП Н. обратился в суд с заявлением о замене на стадии исполнительного производства должника С. на ее наследников в связи со смертью последней, которое определением судьи Южно-Сахалинского городского суда Сахалинской области от 4 марта 2024 года оставлено без движения и заявителю предложено в срок до 29 марта 2024 года представить сведения о наследниках С.

Определением судьи Южно-Сахалинского городского суда Сахалинской области от 5 апреля 2024 года заявление ИП Н. о процессуальном правопреемстве возвращено лицу его подавшему в связи с невыполнением заявителем указаний судьи, содержащихся в определении об оставлении заявления без движения.

Возвращая заявление о процессуальном правопреемстве, судья, руководствуясь частью 4 статьи 1, пунктом 7 части 1 статьи 135, статьей 136 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), исходил из того, что заявитель в установленный срок не исполнил указания, содержащиеся в определении об оставлении заявления без движения, не предоставил сведения о наследниках умершего должника, которые имел возможность получить в рамках исполнительного производства.

Суд апелляционной инстанции не согласился с указанными выводами судьи, проверив дело по доводам частной жалобы ИП Н., отменил определение судьи и направил дело в суд первой инстанции для рассмотрения по существу заявления ИП Н. о правопреемстве.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь пунктом 1 части 2 статьи 52  Федерального закона от 2 октября 2007 г. № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», статьей 44 ГПК РФ, разъяснениями, изложенными в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 ноября 2015 г. № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства», пришел к выводу о том, что рассмотрение заявления о процессуальном правопреемстве в установленном решением суда правоотношении либо исполнительном производстве ее правопреемником осуществляется в порядке статьи 44 ГПК РФ, не предусматривающей оставление заявления без движения по каким-либо основаниям с последующим его возвратом заявителю. Заявление о процессуальном правопреемстве не является исковым заявлением, его подачей не инициируется возбуждение гражданского дела, в связи с чем применение положений главы 12 ГПК РФ (статьи 131-136 ГПК РФ), в том числе и по аналогии, недопустимо.

 

В случае признания должника банкротом все требования кредиторов по денежным обязательствам могут быть предъявлены только в ходе конкурсного производства

 

ПАО «С» обратилось в суд с иском к Э. о взыскании задолженности по договору кредитной карты в размере 808 678 рублей 29 копеек.

В обоснование заявленных требований указано, что между ПАО «С» и Э. заключен договор на предоставление возобновляемой кредитной линии посредством выдачи кредитной карты с предоставленным по ней кредитом и обслуживанием счета. Во исполнение договора ответчику выдана кредитная карта. Платежи в счет погашения задолженности по кредиту производились ответчиком с нарушениями в части сроков и сумм.

Решением Южно-Сахалинского городского суда Сахалинской области от 18 января 2024 года исковые требования ПАО «С» удовлетворены, с Э.  в пользу ПАО «С» взыскана задолженность по кредитной карте в размере 808 678 рублей 29 копеек, расходы по оплате государственной пошлины в размере 11 286 рублей 78 копеек.

Разрешая по существу заявленные ПАО «С» требования, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 811, 309 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), оценив представленные доказательства по правилам статьи 67 ГПК РФ, проверив расчет истца, пришел к выводу об их удовлетворении.

Судебная коллегия по гражданским делам Сахалинского областного суда не согласилась с выводами суда первой инстанции в силу следующего.

В ходе рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции установлено, что решением Арбитражного суда Сахалинской области от 23 апреля 2024 года ответчик Э. признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим назначена П.

Принятое по настоящему делу решение в законную силу не вступило, заявленные истцом требования по данному делу не рассмотрены по существу до даты вынесения арбитражным судом решения о признании обоснованным заявления о признании гражданина Э. банкротом и введении в отношении него процедуры, применяемой в деле о банкротстве - реализации имущества гражданина.

Согласно сведениям, содержащимся в информационной системе «Картотека арбитражных дел», в рамках дела о признании гражданина Э. банкротом и введении в отношении него процедуры, применяемой в деле о банкротстве принято заявление ПАО «С» от 22 мая 2024 года о включении в реестр требований кредиторов должника требований, в том числе в размере 808 678 рублей 29 копеек - требования, которые являются предметом по настоящему спору.

При таких данных судебная коллегия по гражданским делам Сахалинского областного суда, руководствуясь пунктами 1 и 2 статьи 213.11 Федерального закона от 26 октября 2002 г. №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», разъяснениями, содержащимися в пункте 34 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 июня 2012 г. № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», разъяснениями, содержащимися в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 июля     2009 г. № 60 «О некоторых вопросах, связанных с принятием Федерального закона от 30.12.2008 №296-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)», и принимая во внимание, что процедура банкротства, введенная в отношении ответчика, не завершена, производство по настоящему делу не окончено и требования истца не являются требованиями о взыскании текущих платежей, пришла к выводу о том, что исковое заявление ПАО «С» к Э. о взыскании задолженности по кредитному договору подлежит оставлению без рассмотрения.

 

Поданные по истечении процессуальных сроков жалобы и документы, если не заявлено ходатайство о восстановлении пропущенных процессуальных сроков, не рассматриваются судом и возвращаются лицу, которым они были поданы

 

4 июля 2023 года Южно-Сахалинским городским судом Сахалинской области рассмотрено гражданское дело по исковому заявлению С. к З., А., Ц., К. о разделе совместно нажитого имущества, признании недействительными договоров купли-продажи, встречному исковому заявлению З. к С. о разделе долговых обязательств.

Решением Южно-Сахалинского городского суда Сахалинской области от  4 июля 2023 года исковые требования С. удовлетворены частично, в удовлетворении встречных исковых требований З. отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Сахалинского областного суда от 12 декабря 2023 года приведенное решение суда изменено в части взыскания с З. в пользу С. компенсации доли имущества.

 15 марта 2024 года С. обратилась в суд с заявлением о взыскании судебных расходов с З. в размере 151 226 рублей, а также взыскании судебных расходов в солидарном порядке с З., А., Ц., К. в размере 193 560 рублей.

Определением Южно-Сахалинского городского суда Сахалинской области от 19 апреля 2024 года заявление С. оставлено без удовлетворения.

Оставляя без удовлетворения заявление С. о взыскании судебных расходов, руководствуясь положениями главы 7 ГПК РФ, суд первой инстанции исходил из того, что заявителем пропущен срок для обращения с заявлением о возмещении судебных расходов, составляющий три месяца и подлежащий исчислению с 12 декабря 2023 года - со дня вступления в законную силу последнего судебного акта, которым закончилось рассмотрение дела, однако данное заявление поступило в суд, рассмотревший дело, 15 марта 2024 года, а сдано в отделение почтовой связи - 13 марта 2024 года, то есть на следующий день после истечения трехмесячного срока с даты вступления судебного акта в законную силу, при этом ходатайства о восстановлении процессуального срока на подачу такого заявления ни в тексте, ни в оформленном отдельном документе, в материалах дела не имеется.

Суд апелляционной инстанции не согласился с указанными выводами суда по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 103.1 ГПК РФ заявление по вопросу о судебных расходах, понесенных в связи с рассмотрением дела в суде первой, апелляционной, кассационной инстан­ции, рассмотрением дела в порядке надзора, не разрешенному при рассмотрении де­ла в соответствующем суде, может быть подано в суд, рассматривавший дело в ка­честве суда первой инстанции, в течение трех месяцев со дня вступления в закон­ную силу последнего судебного акта, принятием которого закончилось рассмотре­ние дела (часть 1).

Пропущенный по уважительной причине срок подачи заявления по вопросу о судебных расходах, понесенных в связи с рассмотрением дела в суде первой, апел­ляционной, кассационной инстанции, рассмотрением дела в порядке надзора, не разрешенному при рассмотрении дела в соответствующем суде, может быть восста­новлен судом (часть 2).

В абзаце втором пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законо­дательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» судебный акт апелляционной инстанции указан в качестве одного из судебных актов, которым за­вершено производство по делу на соответствующей стадии процесса.

Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что с момента вступления в силу последнего судеб­ного акта, завершающего рассмотрение дела, каковым в данном  случае является апелляционное определение, начинается течение трехмесячного срока для подачи заявления о возмещении всех судебных издержек по делу, а не только тех, которые были понесены при рассмотрении дела в последней инстанции.

В частности, от результата рассмотрения дела в последней из инстанций зави­сит и окончательное определение того, в чью пользу и в какой части разрешено де­ло, от чего зависит и распределение судебных расходов.

По настоящему делу последним судебным актом, которым закончилось рас­смотрение дела, является апелляционное определение судебной коллегии по граж­данским делам Сахалинского областного суда от 12 декабря 2023 года.

С. обратилась в суд с заявлением о возмещении судебных расходов                   13 марта 2024 года (конверт со штемпелем), то есть за пределами установ­ленного трехмесячного срока с момента вынесения апелляционного определения судебной коллегией по гражданским делам Сахалинского областного суда.

Вопрос о вос­становлении срока или об отказе в его восстановлении судом первой инстанции не рассматривался и не разрешался ввиду отсутствия соответствующего заявления С. о его восстановлении.

Между тем в нарушение положений статьи 109 ГПК РФ суд первой инстанции сослался на пропуск процес­суального срока как на основание для отказа в удовлетворении требований о возме­щении судебных расходов по существу, в то время как согласно названной норме пропуск процессуального срока является основанием для возвращения заявления либо для оставления его без рассмотрения в случае ошибочного принятия его судом к производству. Отказ в удовлетворении заявления о возмещении судебных расхо­дов, в отличие от возвращения заявления без рассмотрения, препятствует возможно­сти повторного обращения с таким заявлением и с ходатайством о восстановлении пропущенного срока.

Принимая во внимание установленные по делу фактические обстоятельства, а также требования норм процессуального права, регулирующих спорные правоотно­шения, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что у суда первой ин­станции отсутствовали правовые основания для оставления заявления истца С. о возмещении судебных расходов без удовлетворения по мотиву пропуска трехмесячного срока на его подачу в отсутствие ходатайства о восстанов­лении процессуального срока. При таких данных суд апелляционной инстанции отменил определение Южно-Сахалинского городского суда Сахалинской области от 19 апреля 2024 года, разрешил вопрос по существу, оставив заявление истца С. о взыскании судебных расходов без рассмотрения.

 

Судебная практика по административным делам

 

          Предусмотренная частью 24 статьи 8 Федерального закона от 1 мая 2016 г.                 №119-ФЗ «Об особенностях предоставления гражданам земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности и расположенных в Арктической зоне Российской Федерации и на других территориях Севера, Сибири и Дальнего Востока Российской Федерации, и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» обязанность по оказанию содействия гражданам по обустройству земельных участков необходимой инфраструктурой, в равной мере возложена как на федеральные органы государственной власти, органы государственной власти субъектов Российской Федерации, так и на органы местного самоуправления

 

Положениями части 24 статьи 8 Федерального закона от 1 мая 2016 г.               № 119-ФЗ «Об особенностях предоставления гражданам земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности и расположенных в Арктической зоне Российской Федерации и на других территориях Севера, Сибири и Дальнего Востока Российской Федерации, и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее - Федеральный закон от 1 мая 2016 г. №119-ФЗ) предусмотрено, что в случае, если с двадцатью или более гражданами заключены договоры безвозмездного пользования земельными участками, которые являются смежными и (или) компактно расположенными и находятся в границах населенного пункта или на расстоянии не более двадцати километров от населенного пункта, органы государственной власти, органы местного самоуправления оказывают содействие обустройству территории, в границах которой расположены такие земельные участки, посредством строительства объектов коммунальной, транспортной, социальной инфраструктур.

В ходе проведенной прокуратурой Долинского района Сахалинской области проверки соблюдения законодательства при реализации Федерального закона от 1 мая 2016 г. № 119-ФЗ установлено, что на территории Долинского района в селе Сокол в кадастровом квартале 65:10:0000042 имеются компактно расположенные земельные участки, предоставленные гражданам в рамках вышеуказанного Федерального закона, которые не обеспечены объектами инженерной и транспортной инфраструктуры, несмотря на образование агломерации свыше 20-ти в мае 2017 года.

6 июля 2022 года Долинский городской прокурор обратился в суд с административным исковым заявлением в интересах неопределенного круга лиц и Российской Федерации о признании незаконным  бездействия администрации муниципального образования городской округ «Долинский» в части непринятия мер по оказанию содействия и организации обустройства территории, в границах которой расположены земельные участки, образующие скопления смежных и компактно расположенных земельных участков, предоставленные в рамках Федерального закона от 1 мая 2016 г. № 119-ФЗ, двадцати и более гражданам на территории муниципального образования городской округ «Долинский» в селе Сокол в кадастровом квартале с номером 65:10:0000042, посредством обеспечения смежных и компактно расположенных земельных участков объектами коммунальной (водоснабжение, водоотведение и электроснабжение) и транспортной инфраструктур (дорожное сообщение), а также бездействия Правительства Сахалинской области по не осуществлению финансирования указанных мероприятий, возложении обязанности устранить допущенные нарушения. 

Решением Долинского городского суда от  21 сентября 2023 года заявленные требования к администрации муниципального образования городской округ «Долинский» удовлетворены, в удовлетворении иска к Правительству Сахалинской области и иным органам государственной власти, привлеченным к участию в деле в качестве административных ответчиков, отказано.

Не согласившись с указанным решением в части отказа в удовлетворении требований, Долинский городской прокурор подал апелляционное представление.      

Судебная коллегия нашла доводы апелляционного представления заслуживающими внимания по следующим основаниям. 

Федеральный закон от 1 мая 2016 г. № 119-ФЗ принят в целях реализации государственной программы Российской Федерации «Социально-экономическое развитие Дальневосточного федерального округа», утвержденной постановлением Правительства Российской Федерации от 15 апреля 2014 г.              № 308, и направлен на развитие территорий Арктической зоны, Севера, Сибири и Дальнего Востока, в связи с чем отсутствие объектов коммунальной и транспортной инфраструктур на землях, предоставленных в рамках данного Федерального закона, не способствует освоению земельных участков и развитию данной территории, противоречит государственным интересам по повышению привлекательности Дальнего Востока.

Содержание части 24 статьи 8 Федерального закона от 1 мая 2016 г.                № 119-ФЗ указывает на недопустимость возложения на граждан, получивших земельные участки в порядке данного Федерального закона, полного бремени несения дополнительных финансовых затрат, связанных с инфраструктурным оснащением предоставленных земельных участков, - иное (вследствие значительного объема такого рода вынужденных расходов) может обесценить соответствующую государственную программу, поставив под сомнение доверие граждан к действиям государства. В связи с этим на органах государственной власти и органах местного самоуправления лежит обязанность содействия гражданам в благоустройстве соответствующих территорий с тем, чтобы земельные участки, предназначенные для добровольного переселения граждан на Дальний Восток, были снабжены необходимой инфраструктурой, от наличия которой во многом зависит реальная возможность использования предоставленных земельных участков.

При этом возложенная в части 24 статьи 8 Федерального закона от 1 мая 2016 г. № 119-ФЗ обязанность по содействию обустройству территории путем обеспечения инфраструктурой компактно расположенных земельных участков в рамках данного Федерального закона относится к предмету совместного ведения, осуществляемого органами государственной власти и органами местного самоуправления, и предполагает необходимость решения задач публично-властного характера, в том числе регулирующего, распорядительного, контрольного и иного организованно властного воздействия, в целях реализации мер, направленных на строительство объектов коммунальной и транспортной инфраструктур, исходя из  компетенции указанных органов, установленной законом.

Проанализировав правовые нормы, регулирующие спорные правоотношения, судебная коллегия пришла к выводу, что органы государственной власти в целях реализации возложенной на них частью 24 статьи 8 Федерального закона от 1 мая 2016 г. № 119-ФЗ обязанности должны принять комплекс мер, исходя из предоставленных им полномочий в соответствующей сфере, направленный на достижение конечного результата в виде обустройства спорной территории необходимой инфраструктурой независимо от волеизъявления органа местного самоуправления при необходимом взаимодействии в выполнении поставленной задачи.

В этой связи решение суда в части отказа в удовлетворении требований к Правительству Сахалинской области, Министерству энергетики Сахалинской области, Министерству транспорта и дорожного хозяйства Сахалинской области, Министерству жилищно-коммунального хозяйства Сахалинской области, Министерству Российской Федерации по развитию Дальнего Востока и Арктики судебной коллегией отменено с возложением обязанности на административных ответчиков оказать содействие по обустройству территории, в границах которой расположены земельные участки, образующие скопление смежных и компактно расположенных земельных участков, предоставленных в рамках Федерального закона от 1 мая 2016 г. № 119-ФЗ, на территории муниципального образования городской округ «Долинский» в селе Сокол в кадастровом квартале с номером 65:10:0000042, исходя из требований названного Федерального закона путем строительства коммунальной (водоснабжение, водоотведение и электроснабжение) и транспортной инфраструктур.

 

  Применение норм закона без учета конституционно-правового смысла, выявленного в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации, привело к необоснованному отказу в удовлетворении требований

 

 Решением суда признано незаконным бездействие администрации Поронайского городского округа, выразившееся в непринятии мер по очистке от отходов производства и потребления территории острова Тюлений Поронайского района, с возложением обязанности принять меры по очистке от отходов производства и потребления указанной территории. В удовлетворении административных исковых требований к Правительству Сахалинской области, Министерству финансов Сахалинской области, Министерству финансов Российской Федерации отказано.

 Разрешая заявленные требования и принимая решение об их частичном удовлетворении, суд первой инстанции исходил из того обстоятельства, что на спорной территории несанкционированно размещены отходы производства и потребления, обязанность по ликвидации которых возлагается на орган местного самоуправления, в связи с чем признал незаконным бездействие данного административного ответчика, выразившееся в непринятии мер по очистке этой территории от отходов производства и потребления, возложив на него соответствующую обязанность. Правовых оснований по софинансированию соответствующих мероприятий за счет средств федерального и областного бюджета суд не усмотрел.

 Судебная коллегия с такими выводами суда согласилась частично по следующим основаниям.

 Материалами дела подтвержден факт размещения на не предназначенной для этой цели территории вне специально отведенных мест отходов производства и потребления крупногабаритного мусора.

 Согласно пункту 2 статьи 4 Устава муниципального образования Поронайский городской округ, принятого решением Собрания Поронайского городского округа от 13 марта 2013 г. № 35, остров Тюлений (залив Терпения) входит в состав Поронайского городского округа.

 В Едином государственном реестре недвижимости и публичной кадастровой карте сведения относительно земельного участка, расположенного на острове Тюлений, отсутствуют; земельный участок относится к категории земель, государственная собственность на которые не разграничена.

 К особо охраняемым природным территориям регионального и федерального значения на день рассмотрения спора остров Тюлений не относится.

 В соответствии с подпунктом 23 пункта 1.9 статьи 37 Устава муниципального образования Поронайский городской округ администрация Поронайского городского округа является уполномоченным органом по осуществлению распоряжения землями, находящимися в государственной собственности, до разграничения государственной собственности на землю, в пределах своих полномочий, если законодательством не предусмотрено иное.

 В соответствии с абзацами четвертым и восьмым статьи 42 Земельного кодекса Российской Федерации собственники земельных участков и лица, не являющиеся собственниками земельных участков, обязаны осуществлять мероприятия по охране земель, не допускать загрязнение, истощение, деградацию, порчу, уничтожение земель и почв и иное негативное воздействие на земли и почвы.

 Документы, позволяющие определить собственника отходов, расположенных на спорной территории, в материалы дела не представлены.

 Согласно примечанию к пункту 7.8 ГОСТа 30772-2001, если юридическое лицо, индивидуальный предприниматель, производящие отходы, не установлены, собственником отходов являются органы местного самоуправления, юридические лица или индивидуальные предприниматели, ответственные за территории, на которых эти отходы находятся.

 Пункт 24 части 1 статьи 16 Федерального закона от 6 октября 2003 г.                № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» к вопросам местного значения городского округа относит участие в организации деятельности по сбору (в том числе раздельному сбору), транспортированию, обработке, утилизации, обезвреживанию, захоронению твердых коммунальных отходов.

 Положения Федерального закона от 6 октября 2003 г. № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации», Федерального закона от 10 января 2002 г. № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды», Федерального закона от 24 июня 1998 г. № 89-ФЗ «Об отходах производства и потребления» относят к вопросам местного значения городского округа организацию сбора, вывоза, утилизации и переработки бытовых и промышленных отходов.

 Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 30 мая 2023 г. № 27-П положения статьи 3.3 Федерального закона «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации», пункта 18 части 1, частей 3 и 4 статьи 14 и пункта 14 части 1 статьи 15 Федерального закона «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации», статей 10 и 51 Федерального закона «Об охране окружающей среды», пункта 1 статьи 22 Федерального закона «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения», пунктов 1 и 2 статьи 13 Федерального закона «Об отходах производства и потребления» и пунктов 16-18 Правил обращения с твердыми коммунальными отходами признаны не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее статьям 2, 42, 130 (часть 1), 132 (части 1 и 3) и 133.

 Как указал Конституционный Суд Российской Федерации, на органы местного самоуправления прямо не возложена обязанность по ликвидации несанкционированно размещенных твердых коммунальных отходов, обнаруженных на землях в границах муниципальных образований; органы местного самоуправления не могут и не должны нести всю полноту ответственности за ликвидацию таких размещений на участках, расположенных в границах соответствующих муниципальных образований, но принадлежащих государству, если разместившее твердые коммунальные отходы лицо не установлено; наделение местных властей полномочиями в отношении таких земель и обязанность действовать от имени собственника не могут рассматриваться как основание для возложения на них всей полноты ответственности за ликвидацию размещений твердых коммунальных отходов (за исключением такого размещения вследствие умышленных неправомерных действий органов местного самоуправления или должностного лица данного муниципального образования).

 Конституционный Суд Российской Федерации обязал законодателя определить принадлежность, распределение и источники финансирования полномочий по ликвидации несанкционированных свалок, допустив принятие судебных решений, возлагающих на органы местного самоуправления муниципальных образований обязанность по ликвидации за счет средств местного бюджета мест несанкционированного размещения твердых коммунальных отходов либо предусматривающих взыскание с муниципального образования расходов, понесенных региональным оператором в связи с ликвидацией таких мест в случае, когда орган местного самоуправления не обеспечил такую ликвидацию самостоятельно или не заключил соответствующий договор с региональным оператором, если такие места находятся в границах муниципального образования на земельных участках, находящихся в государственной собственности, или на землях и земельных участках, государственная собственность на которые не разграничена.

 Также Конституционный Суд Российской Федерации указал, что впредь до внесения соответствующих изменений в правовое регулирование допускается принятие судебных решений, возлагающих на органы местного самоуправления муниципальных образований обязанность по ликвидации за счет средств местного бюджета мест несанкционированного размещения твердых коммунальных отходов либо предусматривающих взыскание с муниципального образования расходов, понесенных региональным оператором в связи с ликвидацией таких мест в случае, когда орган местного самоуправления не обеспечил такую ликвидацию самостоятельно или не заключил соответствующий договор с региональным оператором, если такие места расположены в границах муниципального образования на земельных участках, находящихся в государственной собственности, или на землях и земельных участках, государственная собственность на которые не разграничена. В таком судебном решении должно быть указано на условия финансового обеспечения в соответствии с пунктом 1 резолютивной части настоящего Постановления, в том числе на минимально допустимый, исходя из обстоятельств конкретного дела, объем софинансирования из федерального бюджета или бюджета субъекта Российской Федерации, если необходимым является справедливое гарантированное софинансирование. Неисполнение такого судебного решения до получения из федерального бюджета или бюджета субъекта Российской Федерации соответствующего финансирования или справедливого (в объеме, не менее установленного в судебном решении) софинансирования и до истечения разумного срока на использование соответствующих средств по целевому назначению не должно быть основанием для взыскания с муниципального образования или органа местного самоуправления исполнительского сбора либо для применения ответственности, предусмотренной Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях. При этом органы местного самоуправления, полностью исполнившие за счет бюджетов муниципальных образований после вынесения настоящего Постановления соответствующие судебные решения, имеют право на возмещение части расходов, фактически понесенных ими на ликвидацию мест несанкционированного размещения твердых коммунальных отходов (в том числе расходов на оплату соответствующих услуг регионального оператора на основании заключенного с ним договора):

 из федерального бюджета - если такие места находятся на расположенных в границах муниципальных образований земельных участках, находящихся в федеральной собственности;

 из бюджета субъекта Российской Федерации - если такие места находятся на расположенных в границах муниципальных образований земельных участках, находящихся в собственности субъекта Российской Федерации;

 из федерального бюджета и бюджета субъекта Российской Федерации (в равных долях) - если такие места находятся на расположенных в границах муниципальных образований землях или земельных участках, государственная собственность на которые не разграничена.

 Такое возмещение возможно, если не установлено, что возникновение или продолжение функционирования места несанкционированного размещения твердых коммунальных отходов вызвано умышленными неправомерными действиями органа местного самоуправления или должностного лица данного муниципального образования.

 Таким образом, с учетом правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в его Постановлении от 30 мая 2023 г.              № 27-П, финансирование деятельности по ликвидации мест накопления отходов на землях, государственная собственность на которые не разграничена, должно осуществляться из федерального бюджета и бюджета субъекта Российской Федерации в равных долях.

 Поскольку сведения о регистрации права собственности на земельный участок, на котором расположено являющееся предметом настоящего спора несанкционированное место размещения отходов производства и потребления, в Едином государственном реестре недвижимости отсутствуют, то с учетом установленной земельным законодательством презумпции принадлежности земель государству в лице его государственных образований, данные земельные участки относятся к земельным участкам, право собственности на которые не разграничено.

 При таких обстоятельствах, а также принимая во внимание вышеприведенные указания Конституционного Суда Российской Федерации, с учетом отсутствия доказательств умышленных неправомерных действий администрации Поронайского городского округа по возникновению и продолжению функционирования данного места размещения отходов, судебная коллегия пришла к выводу о необходимости установить равное софинансирование мероприятий по очистке от отходов производства и потребления спорной территории острова Тюлений как администрацией Поронайского городского округа, так и из федерального бюджета и бюджета субъекта Российской Федерации - Сахалинской области.

 В связи с отсутствием на момент рассмотрения спора закона, определяющего принадлежность, распределение и источники финансирования мероприятий по ликвидации несанкционированных свалок, и конкретные органы государственной власти как Российской Федерации, так и субъекта Российской Федерации, на которые будут возложены соответствующие полномочия, судебная коллегия сочла возможным определить участие Российской Федерации и Сахалинской области в финансировании мероприятий по ликвидации несанкционированной свалки в лице Министерства финансов Российской Федерации и Министерства финансов Сахалинской области (наряду с администрацией Поронайского городского округа) в равных долях, поскольку именно финансовые органы государственной власти являются главными распорядителями бюджетных средств как федерального, так и областного бюджета.

 С учетом изложенного решение суда в части отказа в удовлетворении требований к Министерству финансов Российской Федерации, Министерству финансов Сахалинской области отменено с вынесением нового решения, которым Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации и Сахалинской области в лице Министерств финансов Сахалинской области определен уровень финансового обеспечения расходов на реализацию мероприятий по очистке администрацией Поронайского городского округа от отходов производства и потребления территории острова Тюлений Поронайского района, по 1/3 доли из федерального бюджета Российской Федерации и бюджета Сахалинской области.

В остальной части это же решение оставлено без изменения.

 

        Судебная практика по делам об административных правонарушениях

 

                Вид и размер административного наказания должен определяться в пределах нормы, предусматривающей ответственность за административное правонарушение, а его назначение должно основываться на данных, подтверждающих действительную необходимость применения к лицу, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, определенного наказания

  

  Постановлением судьи Южно-Сахалинского городского суда Сахалинской области Е.А.В. признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 20.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее-КоАП РФ), и подвергнут административному наказанию в виде административного ареста на срок 5 суток.

  Частью 1 статьи 20.1 КоАП РФ предусмотрена административная ответственность за мелкое хулиганство, то есть нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, сопровождающееся нецензурной бранью в общественных местах, оскорбительным приставанием к гражданам, а равно уничтожением или повреждением чужого имущества.

 Основанием для привлечения Е.А.В. к административном ответственности по части 1 статьи 20.1 КоАП РФ послужило то обстоятельство, что  находясь в общественном месте, он громко и демонстративно выражался нецензурной бранью, не обращая внимание на находящихся рядом граждан, тем самым выражал явное неуважение к обществу и нарушал общественный порядок.

 Усмотрев в деянии Е.А.В. состав вмененного ему административного правонарушения, судья городского суда привлек его к административной ответственности.

 Проверив законность указанного акта, судья Сахалинского областного суда отменил состоявшиеся по делу акты и направил дело на новое рассмотрение по следующим основаниям.

 Задачами производства по делам об административных правонарушениях являются всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом, обеспечение исполнения вынесенного постановления, а также выявление причин и условий, способствовавших совершению административных правонарушений (статья 24.1 КоАП РФ).

 В соответствии с частью 1 статьи 1.6 КоАП РФ обеспечение законности при применении мер административного принуждения предполагает не только соблюдение установленного законом порядка привлечения лица к административной ответственности, но и наличие законных оснований для назначения административного наказания.

 В силу пунктов  4, 6 части 1 статьи 29.10 КоАП РФ в постановлении по делу об административном правонарушении должны быть указаны обстоятельства, установленные при рассмотрении дела, постановление по делу должно быть мотивированным.

 В соответствии с общими правилами назначения административного наказания административное наказание за совершение административного правонарушения назначается в пределах, установленных законом, предусматривающим ответственность за данное административное правонарушение, в соответствии с КоАП РФ.

  При этом согласно статье 3.1 КоАП РФ административное наказание является установленной государством мерой ответственности за совершение административного правонарушения и применяется в целях предупреждения совершения новых правонарушений как самим правонарушителем, так и другими лицами.

  Согласно разъяснению, приведенному в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 г. № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» при решении вопроса о назначении вида и размера административного наказания судье необходимо учитывать, что Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях допускает возможность назначения административного наказания лишь в пределах санкций, установленных законом, предусматривающим ответственность за данное административное правонарушение с учетом характера совершенного правонарушения, личности виновного, имущественного положения правонарушителя - физического лица (индивидуального предпринимателя), финансового положения юридического лица, привлекаемого к административной ответственности, обстоятельств, смягчающих и отягчающих административную ответственность (статьи 4.1 - 4.5 КоАП РФ). Поэтому судья не вправе назначить наказание ниже низшего предела, установленного санкцией соответствующей статьи, либо применить наказание, не предусмотренное статьей 3.2 указанного Кодекса.

  Санкция части 1 статьи 20.1 КоАП РФ предусматривает административное наказание в виде административного штрафа в размере от пятисот до одной тысячи рублей или административный арест на срок до пятнадцати суток.

  Из содержания описательно-мотивировочной части обжалуемого постановления следовало, что судья городского суда при назначении наказания Е.А.В. учел характер совершенного административного правонарушения и пришел к выводу о назначении ему административного наказания в виде административного штрафа в размере 2500 рублей

  Однако указанный размер административного штрафа не соответствовал  пределам штрафной санкции, предусмотренной частью 1 статьи 20.1  КоАП РФ.

  При этом в резолютивной части оспариваемого постановления судья  городского суда Е.А.В. определил административное наказание в виде административного ареста на срок 5 суток.

  Кроме этого, назначение административного наказания должно основываться на данных, подтверждающих действительную необходимость применения к лицу, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, в пределах нормы, предусматривающей ответственность за административное правонарушение, именно той меры государственного принуждения, которая с наибольшим эффектом достигала бы целей административного наказания, а также ее соразмерность в качестве единственно возможного способа достижения справедливого баланса публичных и частных интересов в рамках административного судопроизводства.

  В связи с этим судья, орган или должностное лицо, рассматривающие дело об административном правонарушении, должны привести мотивы назначения лицу, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, соответствующего административного наказания в пределах санкции статьи, подлежащей применению.

  В статье 3.9 КоАП РФ определено, что административный арест устанавливается и назначается лишь в исключительных случаях.

  Подвергая Е.А.В. за совершение правонарушения наказанию в виде административного ареста на срок 5 суток, судья городского суда не привел каких-либо мотивов, позволяющих сделать вывод о соразмерности наказания содеянному, не обосновал свой вывод о необходимости применения исключительного вида наказания в виде административного ареста, а кроме того, не дал оценку изложенной позиции Е.А.В. в протоколе об административном правонарушении, не выяснил отношение последнего к вмененному ему административному правонарушению в ходе рассмотрения дела об административном правонарушении.

  В этой связи приведенные обстоятельства не позволили однозначно трактовать судебный акт, вынесенный в отношении Е.А.В., в части назначенного ему административного наказания.

  Допущенное судьей городского суда нарушение процессуальных требований, установленных положениями статьи 24.1 КоАП РФ, являлось существенным, имело фундаментальный характер, не позволило всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело, в связи с чем принятый по настоящему делу судебный акт отменен и в пределах срока давности привлечения к административной ответственности направлен на новое рассмотрение.

 

                                                    Не установление доказательств, позволяющих утверждать о наличии предметов, порядок  хранения которых регламентирован Правилами оборота гражданского и служебного оружия и патронов к нему на территории Российской Федерации, утвержденных постановлением  Правительства Российской Федерации от 21 июля 1998 г. №81, повлекло преждевременную квалификацию действий лица по части 4 статьи 20.8  КоАП РФ

  

 Постановлением начальника центра лицензионно-разрешительной работы Управления Росгвардии по Сахалинской области от 19 марта 2024 года Н.С.О. признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 4 статьи 20.8 КоАП РФ, и подвергнут административному наказанию в виде административного штрафа в размере 500 рублей.

 Частью 4 статьи 20.8 КоАП РФ установлена административная ответственность за нарушение правил хранения, ношения или уничтожения оружия и патронов к нему гражданами, за исключением случаев, предусмотренных частями 4.1, 4.3, 4.5 статьи 20.8 КоАП РФ.

  Объектом указанного правонарушения являются общественные отношения в области обеспечения общественного порядка и общественной безопасности. Объективную сторону настоящего правонарушения характеризуют действия либо бездействие, связанные с нарушением правил хранения, ношения или уничтожения оружия и патронов к нему гражданами, за исключением случаев, предусмотренных частями 4.1, 4.3, 4.5 данной статьи.

 Правила хранения, ношения или уничтожения оружия и патронов к нему гражданами предусмотрены Федеральным законом от 13 декабря 1996 г. № 150-ФЗ «Об оружии».

 Согласно статье 22 Федерального закона № 150-ФЗ хранение гражданского и служебного оружия и патронов к нему осуществляется гражданами Российской Федерации, получившими в федеральном органе исполнительной власти, уполномоченном в сфере оборота оружия, или его территориальном органе разрешение на хранение или ношение оружия.

  Гражданское и служебное оружие должно храниться в условиях, обеспечивающих его сохранность, безопасность хранения и исключающих доступ к нему посторонних лиц.

  Требования к условиям хранения различных видов гражданского и служебного оружия и патронов к нему, а также инициирующих и воспламеняющих веществ и материалов (пороха, капсюлей) для самостоятельного снаряжения патронов к гражданскому огнестрельному длинноствольному оружию определяются Правительством Российской Федерации.

  Согласно статье 1 Федерального закона № 150-ФЗ патрон – это устройство, предназначенное для выстрела из оружия, объединяющее в одно целое при помощи гильзы средства инициирования, метательный заряд и метаемое снаряжение.

 Постановлением Правительства Российской Федерации от 21 июля 1998 года № 814 «О мерах по регулированию оборота гражданского и служебного оружия и патронов к нему на территории Российской Федерации» утверждены Правила оборота гражданского и служебного оружия и патронов к нему на территории Российской Федерации.

  В силу пункта 59 Правил № 814 принадлежащие гражданам Российской Федерации оружие и патроны, а также инициирующие и воспламеняющие вещества и материалы (порох, капсюли) для самостоятельного снаряжения патронов к гражданскому огнестрельному длинноствольному оружию должны храниться по месту их жительства с соблюдением условий, обеспечивающих их сохранность, безопасность хранения и исключающих доступ к ним посторонних лиц, в запирающихся на замок (замки) сейфах, сейфовых шкафах или металлических шкафах для хранения оружия, ящиках из высокопрочных материалов либо в деревянных ящиках, обитых железом.

  Основанием для привлечения Н.С.О. к административной ответственности по части 4 статьи 20.8 КоАП РФ послужило то, что являясь сотрудником МЧС России по Сахалинской области, в рабочем кабинете в нарушение требований пункта 59 Правил № 814 он хранил в личной сумке патроны к гражданскому огнестрельному охотничьему оружию без соблюдения условий, исключающих доступ к ним посторонних лиц.

  Отменяя постановление должностного лица о привлечении Н.С.О. к административной ответственности и прекращая производство по делу об административном правонарушении на основании пункта 2 части 1 статьи 24.5 КоАП РФ в связи с отсутствием в действиях последнего состава административного правонарушения, судья городского суда исходил из того, что у Н.С.О. имелось разрешение на хранение и ношение оружия, на территории Сахалинской области был открыт сезон охоты, действующее законодательство не содержит запрет на ношение патронов к оружию в личных вещах лица, у которого имеется разрешение на хранение и ношение оружия.

  Вместе с тем, вынося указанный судебный акт, судья оставил без внимания то, что в рассматриваемом случае, квалифицировав деяние Н.С.О. по части 4 статьи 20.8 КоАП РФ, должностным лицом административного органа фактически не было установлено, чем являлись предметы, обнаруженные в его сумке: патронами или изделиями, сходными по внешнему виду с патронами, конструкция которых не позволяет использовать их в качестве патронов, тогда как лицо, в отношении которого велось производство по делу, последовательно указывало на указанное обстоятельство при рассмотрении дела должностным лицом и проверке его законности судьей.

 Без установления данного обстоятельства утверждать, что Н.С.О. допущено нарушение условий хранения патронов, предусмотренных пунктом 59 Правил № 814, нельзя.

 В этой связи вывод должностного лица административного органа о наличии состава административного правонарушения, предусмотренного частью 4 статьи 20.8 КоАП РФ, и доказанности вины Н.С.О. в его совершении судьей Сахалинского областного суда признан преждевременным, основанным на неполно установленных фактических обстоятельствах дела, что повлекло отмену постановления должностного лица и решения судьи и возвращение дела об административном правонарушении в пределах срока давности привлечения к административной ответственности на новое рассмотрение должностному лицу Управления Росгвардии по Сахалинской области.

 

        Судебные коллегии по уголовным, гражданским и административным делам Сахалинского обл